"Пил мочу и кровь летучих мышей": легкоатлет убивал себя, но чудом выжил

Он оказался в сущем аду, из которого, казалось, не было выхода.

В подобных условиях человек быстро теряет силы, ориентиры и надежду, а борьба за выживание превращается в ежедневное испытание на грани возможностей. Чтобы не умереть, ему пришлось есть внутренности и пить кровь летучих мышей, а затем, доведённый до крайнего отчаяния, он попытался покончить с собой. Эта невероятная история спасения, которую приводит РИА Новости, связана с полицейским и спортсменом, чья психика не выдержала чудовищных испытаний, выпавших на его долю.

«Я оставил записку жене, после чего перерезал себе вены. Затем лёг и стал ждать смерти, но кровь настолько загустела, что почти не вытекала. Утром я проснулся — и понял, что мне не удалось умереть», — вспоминал Мауро Проспери. Его рассказ звучит как сюжет фильма или выдумка, однако это подлинная история итальянского марафонца. Судьба спортсмена стала примером того, как экстремальные обстоятельства могут сломить даже очень сильного человека, а затем неожиданно подарить ему шанс на спасение.

Мауро Проспери пережил испытание, которое трудно представить в обычной жизни: одиночество, голод, страх и полное физическое истощение. Его случай до сих пор поражает тем, насколько тонкой бывает граница между отчаянием и возвращением к жизни. Именно поэтому история Проспери воспринимается не только как трагедия, но и как напоминание о невероятной стойкости человеческого организма и воли.

Иногда самые смелые решения рождаются не из желания прославиться, а из настоящей внутренней страсти к спорту и испытаниям. Проспери по профессии был полицейским, но в свободное время жил легкой атлетикой и мечтал проверить себя в условиях, где выживают только самые выносливые. В 1994 году он решил отправиться в пустыню Сахара, чтобы принять участие в легендарном марафоне Des Sables — одном из самых жестких забегов в мире. Его дистанция составляет около 250 километров, а на преодоление маршрута уходит примерно шесть дней. По сути, это почти шесть классических марафонов подряд, но не по обычным дорогам, а под палящим солнцем, среди песка, жары и постоянного истощения.

Жена Проспери сначала восприняла его идею как безумие и долго пыталась отговорить его от поездки в Марокко. Она переживала за его здоровье и не могла понять, зачем человеку добровольно отправляться в такие экстремальные условия. Однако со временем она смирилась с его решением и все-таки дала согласие. Сам Проспери не испугался даже того факта, что участникам нужно было подписывать документ, в котором указывался адрес для отправки тела в случае смерти. Тогда Des Sables еще не был массовым и известным событием, как сегодня: на старт вышли всего 80 человек, и каждый из них понимал, что впереди его ждет настоящее испытание на грани человеческих возможностей.

Очарованный суровой и завораживающей красотой Сахары, Мауро Проспери уверенно начал свое непростое путешествие. В первые три дня все складывалось почти идеально: он держал хороший темп, действовал собранно и в общем зачете занимал четвертую позицию. Казалось, что впереди его ждет стабильный и успешный путь. Однако пустыня быстро напомнила, насколько она непредсказуема и опасна. Внезапно разразилась мощнейшая песчаная буря: «Поднялся ужасающий ветер. Меня поглотила желтая стена песка. Я ослеп, не мог дышать. Песок хлестал меня по лицу, словно иголки».

Непогода не утихала около восьми часов, и это стало тяжелым испытанием даже для такого опытного спортсмена. Саму бурю Проспери воспринимал не так остро, как возможную потерю времени: его больше всего тревожило, как сильно она может повлиять на результат. Однако, когда ветер наконец стих, стало ясно, что проблема намного серьезнее. Пустынный ландшафт изменился до неузнаваемости, привычные ориентиры исчезли, а карта превратилась в бесполезный лист бумаги. Мауро решил двигаться дальше по компасу, надеясь хотя бы выйти к кому-нибудь из участников, но вскоре оказалось, что и этот расчет был ошибочным.

Так началась одна из самых тяжелых и драматичных фаз его маршрута. В пустыне любая ошибка может обернуться серьезными последствиями, а потеря ориентации становится не просто неудобством, а вопросом выживания. Проспери еще не знал, что впереди его ждут куда более серьезные испытания, чем песчаная буря и сбитые ориентиры.

Со временем Проспери окончательно понял, что потерял ориентир и действительно заблудился в бескрайней пустыне. Это открытие на мгновение вызвало у него тревогу, но он быстро взял себя в руки и постарался действовать так, как учил его дед — опытный ветеран, привыкший выживать в тяжелых условиях. Следуя советам старого солдата, Проспери на всякий случай помочился в пустую бутылку из-под воды, чтобы сохранить хоть какую-то жидкость и не тратить силы на бесполезные попытки найти источник влаги. Он решил двигаться только ночью, когда жара спадала, а значит, организм терял меньше воды и было проще сохранять энергию.

Днем же он старался почти не двигаться, прячась от палящего солнца и выжидая более безопасное время для пути. На второй день поисков Мауро услышал в небе звук пролетающего вертолета и, собрав последние силы, немедленно подал сигнал с помощью ракетницы. Однако пилот не заметил вспышку, и надежда на мгновенное спасение снова отодвинулась. Несмотря на это, Проспери не позволял отчаянию взять верх и продолжал верить, что поисковая группа обязательно его обнаружит. Он был уверен, что у организаторов достаточно людей, техники и опыта, чтобы отыскать любого, кто оказался в ловушке среди песков.

«Я сохранял спокойствие, потому что был убежден: если кто-то и способен найти заблудившегося в пустыне, то это именно они», — вспоминал он позже. Эта вера в спасение помогала ему держаться, не терять рассудок и продолжать бороться за жизнь, шаг за шагом преодолевая страх, усталость и одиночество.

Спустя еще несколько дней блужданий Проспери случайно вышел к заброшенному марабуту — небольшой гробнице, где когда-то был похоронен мусульманский святой-отшельник. Это место не выглядело спасением, но после многих часов под открытым небом оно дало ему хотя бы временное убежище от палящего солнца и ночного холода. «По крайней мере, у меня появилась крыша над головой. Я трезво оценил свое положение: оно не было обнадеживающим, но физически я чувствовал себя неплохо. Я съел часть своего пайка, который приготовил на свежей моче», — вспоминал Мауро.

Хотя заброшенная гробница и не стала для него настоящим спасением, внутри Проспери столкнулся с новой возможностью выжить. Под сводами он обнаружил стаю летучих мышей и, не имея другого источника пищи, сумел поймать несколько из них. Он выпил их кровь и, по собственным словам, съел как минимум двадцать животных сырыми, стараясь использовать любой доступный способ, чтобы поддержать силы. «Я сделал то же, что делают с добычей сами хищники», — говорил он позже. Такая вынужденная стратегия показывала, насколько отчаянным стало его положение в пустыне.

Оставшись в марабуте, Проспери продолжал ждать спасателей, надеясь, что его поиски не прекратились и помощь все же придет. Чтобы облегчить спасателям обнаружение, он вывесил на крыше итальянский флаг, рассчитывая, что яркое полотнище заметят с воздуха или издалека. В условиях полной изоляции любой знак, любая деталь могла стать решающей. Этот импровизированный сигнал стал для него не только просьбой о помощи, но и символом упорства и надежды на возвращение к жизни.

Но надежда на спасение все не оправдывалась, и помощь по-прежнему не приходила. В глухой пустыне, где каждый час казался вечностью, он все сильнее ощущал одиночество и беспомощность. Спустя трое суток в небе наконец появился самолет, однако и он не заметил потерявшегося марафонца. Проспери охватила тяжелая депрессия: ему казалось, что теперь он окончательно упустил последний шанс на спасение. Особенно его угнетала мысль о том, что, если его тело так и не найдут, жена в течение ближайших десяти лет не сможет получать полицейскую пенсию. Постепенно он начал смиряться с мыслью о неизбежности смерти, и именно это отчаяние подтолкнуло его к крайнему решению — самоубийству.

Собрав последние силы, Мауро поднялся и снова отправился в путь. Перед стартом марафона он вспоминал советы туарегов, и теперь эти слова стали для него единственной опорой. Следуя их наставлениям, он двинулся в сторону облаков, которые можно увидеть лишь на рассвете. В такие минуты ему оставалось только надеяться, что знакомые ориентиры выведут его к людям, воде и возможности выжить.

Скитания по пустыне продолжались несколько мучительных дней, и с каждым часом положение Мауро Проспери становилось все более тяжелым. Под палящим солнцем, среди бесконечных песков и сухих русел, он постепенно терял силы, а все запасы еды были давно съедены. Чтобы выжить, ему приходилось питаться тем, что обычно человек даже не считает едой: ящерицами, змеями и насекомыми. Сам Проспери позже с горькой иронией признавался: «Во мне проснулся пещерный человек».

Не меньше страданий приносила и нехватка воды. Спасаясь от обезвоживания, он искал хоть какие-то источники влаги и иногда добывал сок из кактусов, которые находил в пересохших руслах рек. Такая жидкость лишь ненадолго облегчала жажду, но позволяла ему продолжать путь и не сдаваться. Каждый новый день превращался в проверку на выносливость, силу духа и желание жить.

После девяти дней бесцельного бродяжничества он наконец заметил оазис, который стал для него настоящим спасением. Чуть позже ему попались и признаки человеческого присутствия — стадо коз, пасшееся неподалеку. Встреча с человеком, однако, оказалась неожиданной: пастушка, увидев Проспери, испугалась и убежала. Позднее он объяснял это так: «После девяти дней в пустыне я, должно быть, выглядел ужасно, весь покрытый грязью».

Тем не менее девушка вскоре вернулась и отвела измученного марафонца к берберскому шатру. Там его наконец накормили и дали возможность прийти в себя после страшных испытаний. Уже после этого хозяева передали Проспери полиции, завершив его опасное и невероятно тяжелое путешествие по пустыне.

Иногда даже самые опытные спортсмены сталкиваются с ситуациями, которые полностью меняют их жизнь. Как выяснилось, он сбился с маршрута на 291 километр и по ошибке оказался на территории Алжира. В результате изнуряющего испытания вес Проспери снизился до 45 килограммов, а процесс восстановления организма занял почти два года, так как ему пришлось заново восстанавливать силы, режим питания и общее состояние здоровья. Спустя четыре года он снова приехал в Марокко, чтобы проверить себя и вернуться к бегу, и вновь вышел на старт марафона, который когда-то едва не стоил ему жизни. Этот поступок стал для него не только спортивным вызовом, но и символом невероятной силы воли, выдержки и стремления преодолеть собственные пределы.

Источник и фото - ria.ru