Американская семья о родах в России, очередях и качестве продуктов

Переезд в другую страну — всегда смелый шаг, особенно когда речь идет о семье с четырьмя детьми.

Эндрю и Бет Томпсоны приняли это решение, оставив родной Северную Каролину, чтобы начать новую жизнь в Москве. Их история не связана с бегством от преследований или политических проблем — они просто родители, которые устали жить в постоянном страхе за безопасность своих детей и искали место, где могли бы чувствовать себя спокойно и уверенно.

Их выбор пал на Россию — страну, которую на Западе часто представляют как холодную, серую и враждебную. Однако именно здесь они нашли то, чего искали: чувство защищенности, стабильность и возможность воспитывать детей в атмосфере относительного спокойствия. Что же именно привлекло их в Москве и почему они решили остаться? Ответ кроется в личной истории и опыте, который начался более десяти лет назад.

Все началось, когда Эндрю был студентом университета в Чапл-Хилле и изучал русский язык. Летом он отправился в Восточную Европу, чтобы улучшить свои знания на практике, и оказался в Одессе вместе с миссионерской группой. Там, работая в английском лагере, он встретил Бет, которая впоследствии стала его супругой. Этот случайный поворот судьбы положил начало их долгому пути, который в итоге привел их в Москву.

Переезд в Россию стал для Томпсонов не просто сменой места жительства, а осознанным выбором, основанным на желании обеспечить своим детям лучшее будущее. Вопреки стереотипам, они обнаружили здесь теплое сообщество, богатую культуру и возможности для развития. Сегодня их семья живет в Москве, наслаждаясь тем, что смогла найти дом в самом неожиданном уголке мира.

Жизненный путь Бет складывался необычно и интересно: она провела детство и юность на Украине, в городе Одесса, где ее родители — американцы по происхождению — работали и жили. В течение 18 лет она впитывала культуру и атмосферу этого уникального города, что сформировало ее мировоззрение и ценности. Позже Бет вернулась в США, чтобы продолжить образование в колледже, что стало важным этапом в ее жизни. Когда начались ее отношения с будущим супругом, она приняла решение, которое в американском обществе нередко воспринимается как провокационное и нестандартное — так называемый «диплом миссис».

В интервью телеканалу Russian Road Бет подробно объяснила мотивы своего выбора: «Я осознала, что моя главная жизненная цель — быть любящей женой и заботливой матерью. Когда я встретила подходящего человека, мне стало ясно, что нет смысла тратить огромные суммы на получение диплома, который мне в дальнейшем не пригодится. Поэтому я решила посвятить себя семье и получить “диплом миссис” вместо традиционного образования». Этот выбор отражает не только ее личные приоритеты, но и поднимает важные вопросы о ценностях, роли женщины в обществе и разнообразии жизненных путей.

Таким образом, история Бет служит примером того, как каждый человек вправе самостоятельно определять свои цели и способы их достижения, не поддаваясь общественным стереотипам. Ее решение показывает, что успех и удовлетворение в жизни могут принимать разные формы, и что семья — это полноценный и достойный выбор, заслуживающий уважения и понимания.

Проблемы с пищеварением могут значительно ухудшать качество жизни, и иногда решение кроется в самых неожиданных изменениях окружающей среды. Эндрю страдал от мучительной изжоги на протяжении семи лет, ежедневно вынужденный принимать лекарства по назначению врачей, чтобы хоть как-то облегчить свое состояние. Его жизнь была подчинена постоянному контролю симптомов и строгому режиму приема таблеток.

Однако после переезда в Москву ситуация кардинально изменилась. «Мы переехали сюда, и изжога полностью исчезла, хотя я ничего не менял в своем рационе», — рассказывает Эндрю. Он отмечает, что продолжает пить газировку, как и раньше, ведь в США, будучи американцем, он привык к сладким напиткам с кукурузным сиропом. «Просто здесь, в России, нигде нет кукурузного сиропа», — объясняет он, связывая свое улучшение с отсутствием этого ингредиента в местных продуктах.

Его жена, Бет, добавляет, что качество продуктов питания в России в целом выше, чем в США. «Здесь гораздо меньше полуфабрикатов, и это заставляет готовить чаще с нуля», — говорит она. По ее мнению, американская кухня в значительной мере опирается на готовые смеси и полуфабрикаты, что не всегда благоприятно отражается на здоровье. «Многие русские могут мне не поверить, но когда живешь и готовишь в США, начинаешь понимать, насколько там распространены полуфабрикаты и насколько они влияют на питание», — делится Бет.

Таким образом, опыт Эндрю и Бет иллюстрирует, как изменение пищевых привычек и состава продуктов может положительно сказаться на здоровье. Это подчеркивает важность внимательного отношения к качеству и составу пищи, а также того, как местные особенности производства продуктов влияют на организм человека. В конечном итоге, правильное питание и осознанный выбор продуктов могут стать ключом к избавлению от хронических проблем, таких как изжога.

Переезд в новую страну всегда сопровождается множеством открытий, особенно в вопросах питания и привычек. Для Бет одним из самых ярких впечатлений стал местный хлеб. Она была искренне удивлена его качеством и натуральностью.

"Меня действительно поразил хлеб здесь. Он доступен по цене и при этом не содержит кучу консервантов и искусственных добавок. Состав можно легко прочитать — обычно там всего 3 или 4 ингредиента, в то время как в США на упаковках дешевого хлеба часто указывают 20, 30 или даже 40 компонентов," — делится своими наблюдениями Бет. — "И при этом это самый дешевый хлеб в магазине, который на вкус ничем не уступает дорогому хлебу в США."

Она отмечает, что, конечно, в Америке можно найти продукты более высокого качества, но в целом, по её мнению, питание здесь более натуральное и здоровое. "В общем, я бы сказала, что еда здесь лучше, особенно если учитывать натуральность и отсутствие излишней химии," — подводит итог Бет.

Семья Бет и Эндрю уже имела опыт жизни в России — около семи лет назад они приезжали сюда на некоторое время. Тогда Эндрю учился в магистратуре, а Бет преподавала английский язык. За это время они успели заметить множество культурных и бытовых особенностей, которые оставили у них яркие впечатления. Например, Эндрю, будучи интровертом, особенно оценил одну деталь, которая сделала его пребывание комфортным и приятным.

Таким образом, опыт жизни в России для них стал не только возможностью познакомиться с новой культурой, но и поводом переосмыслить отношение к привычным вещам, таким как еда и повседневные продукты. Это помогает им лучше понимать и ценить разнообразие, которое предлагает мир.

Взаимодействие с незнакомыми людьми всегда было для меня непростым испытанием. Я предпочитаю сохранять дистанцию и не вступать в разговоры, если не знаю человека. Именно поэтому мое пребывание в России оставило у меня особенно приятные впечатления. В прошлый визит мне понравилась простота общения: можно зайти в магазин, постоять в очереди на кассе, и кассирша не будет навязывать лишние вопросы о моей жизни. Я просто говорю «Вот», она отвечает «Ага», я говорю «Окей, ладно» и спокойно ухожу — всё очень естественно и без излишней навязчивости.

Этот опыт разрушил для меня классический стереотип о русских как о людях угрюмых, неулыбчивых и замкнутых. На самом деле, как быстро понял я, многое зависит от ситуации и контекста. Русские не склонны к пустым разговорам с незнакомцами, но при этом они очень отзывчивы и готовы помочь, когда это действительно нужно.

Особенно ярко это проявляется, когда у меня появляются дети. В России люди гораздо чаще вступают в разговор со мной, интересуются моими детьми и предлагают помощь. В США, напротив, гуляя с коляской, я редко сталкиваюсь с подобным вниманием — прохожие обычно не задают вопросов и не проявляют интереса. В России же, садясь в автобус, я ощущаю поддержку и заботу: люди стараются помочь, предложить место или подсказать что-то полезное.

Таким образом, мое восприятие русского общества изменилось: здесь ценится искренность и конкретность в общении, а забота о ближних проявляется в повседневных мелочах. Это создает особую атмосферу, в которой чувствуешь себя комфортно и защищённо, даже будучи чужаком. Такой опыт заставляет по-новому взглянуть на стереотипы и понять, что за внешней сдержанностью скрывается глубокое уважение к личному пространству и желание помочь в нужный момент.

В разных культурах существуют свои особенности общения и восприятия медицинской помощи, что порой приводит к неожиданным ситуациям для иностранцев. Один из наблюдений, сделанных Эндрю, звучит весьма точно: «Русские склонны говорить только тогда, когда есть веская причина. В США это тоже так, но причины для разговора совсем иные». Это отражает глубокие культурные различия в поведении и коммуникации между двумя странами.

Четвертая беременность Бет стала для семьи испытанием, так как она уже проходила в Москве, в то время как первые три ребенка она рожала дома в США — практика, легальная и распространенная среди женщин с низким риском осложнений. Опыт родов в России оказался для супругов настоящим культурным шоком, поскольку подход к медицинской помощи и организация процесса значительно отличались от привычного.

Когда начались схватки, Бет позвонила своей подруге, которая живет неподалеку. Подруга сразу же поинтересовалась: «Ты уже вызвала скорую?» Бет задумалась, ведь хотела убедиться, что схватки настоящие, а не тренировочные. Однако подруга настояла: «Просто вызывай скорую, это Россия, какая разница — просто вызывай». В итоге именно она сама и вызвала скорую помощь, вспоминает Эндрю.

Этот эпизод ярко иллюстрирует, насколько важно учитывать культурные различия в медицинских ситуациях и коммуникации. В России принято не откладывать вызов скорой при первых признаках, тогда как в США многие предпочитают сначала оценить ситуацию самостоятельно. Такие различия могут влиять не только на эмоциональное состояние будущих родителей, но и на качество и своевременность медицинской помощи. В конечном итоге, опыт Бет и Эндрю показывает, как адаптация к новой культурной среде требует понимания и уважения к местным традициям и нормам.

В Соединённых Штатах отношение к вызову скорой помощи зачастую отличается от привычного в других странах. Многие люди стараются не обращаться за экстренной медицинской помощью без крайней необходимости, поскольку услуги скорой здесь могут обойтись очень дорого. Как объясняет Эндрю, «в США не вызывают скорую, если только это не действительно серьёзная ситуация. Всё очень дорого. Если только руку отрежут или что-то подобное — тогда вызывают скорую». Такая осторожность связана с финансовыми соображениями и особенностями системы здравоохранения.

Когда же скорая всё-таки приезжает, врачи иногда проявляют недовольство по поводу позднего обращения. В одном из случаев, когда скорая прибыла через несколько минут, медики были явно раздражены. «Их первый вопрос был: почему вы не позвонили раньше? Они были очень раздражены, сказали: нужно было позвонить, как только у тебя начались первые схватки, ты что, совсем уже?», — вспоминает Бет с улыбкой. Это подчёркивает разницу в ожиданиях между пациентами и медицинским персоналом.

Семья, в свою очередь, просто не была уверена, насколько серьёзна ситуация. Они думали: возможно, это ложные схватки, возможно, ещё рано обращаться за помощью. В Америке многие действительно предпочитают ждать до последнего момента, прежде чем вызвать скорую. Такая практика отражает не только экономические реалии, но и культурные особенности восприятия медицинской помощи и самооценки состояния здоровья. В итоге, несмотря на раздражение медиков, семья поступила так, как считала нужным, что подчёркивает сложность выбора в экстренных ситуациях.

Опыт обращения за медицинской помощью в разных странах может кардинально отличаться, особенно когда речь идет о здоровье детей. Бет с тревогой вспоминает один из самых тяжелых моментов в жизни семьи, связанный с болезнью их дочери. «Я отчетливо помню, как сидела в больнице в США, переживая не только за здоровье ребенка, но и за размер медицинского счета. Когда он пришел, сумма оказалась действительно огромной», — делится она своими воспоминаниями.

Эндрю, работающий в IT-сфере, имел корпоративную страховку, которая, казалось бы, должна была облегчить финансовую нагрузку. Однако даже с таким покрытием счета за лечение оставались очень высокими и вызывали серьезное беспокойство. Это подчеркивает, насколько дорого обходится медицинская помощь в США, даже для застрахованных пациентов.

«В США процесс родов часто сводится к тому, чтобы как можно быстрее покинуть больницу — все обходится очень дорого, и поэтому нет времени на отдых и восстановление», — рассказывает Эндрю. «Здесь же, напротив, было очевидно, что нашей дочери понадобится провести в больнице три дня. Никто не торопил, врачи тщательно следили за ее состоянием и обеспечивали качественный уход. Это создавало ощущение заботы и значительно снижало уровень стресса. В США же постоянно думаешь о возможных осложнениях и финансовых последствиях, что сильно нагружает морально».

Такой опыт показывает, как важна не только сама медицинская помощь, но и отношение к пациентам, а также финансовая доступность услуг. Для многих семей возможность получить качественное лечение без постоянного страха перед огромными счетами становится решающим фактором при выборе места жительства и работы. В конечном итоге, забота о здоровье и спокойствие близких — это то, что нельзя измерить деньгами, но очень важно для каждого человека.

Одним из самых ярких впечатлений для семьи Томпсонов стала удивительная русская прямота в общении, которая сильно отличается от американских норм. В Соединённых Штатах подобную откровенность часто воспринимают как грубость или невежливость, тогда как в России её ценят как проявление искренности и честности. Это культурное различие порой вызывает недоразумения, но одновременно помогает лучше понять менталитет и ценности обеих стран.

Яркий пример такого различия — ситуация с вопросом о внешнем виде, например, про платье. В Америке, если женщина спрашивает: «Я выгляжу толстой в этом платье?», принято отвечать уклончиво или утешительно, чтобы не задеть чувства собеседника. Обычно ответ будет: «Нет, ты выглядишь прекрасно», ведь вежливость и тактичность считаются важными социальными нормами. Никогда не говорят прямо, что что-то выглядит некрасиво или не подходит.

В России же, как рассказывает Эндрю, ответ будет более прямым и честным: «Да, это платье тебе не очень идёт, лучше выбери другое». С точки зрения русских, такая откровенность — это проявление заботы и желания помочь, а не критика ради критики. Они считают, что правда помогает человеку сделать лучший выбор и избежать ошибок, даже если она звучит жестко.

Таким образом, русская прямота — это не просто особенность речи, а отражение глубинных культурных ценностей, которые формируют стиль общения и взаимоотношений. Понимание этих различий помогает не только избежать недоразумений, но и обогатить свой опыт общения, научиться ценить искренность и открытость в самых разных ситуациях. В конечном итоге, честность, даже если она кажется резкой, может стать мостом к более глубокому взаимопониманию и уважению между людьми из разных культур.

В настоящее время семья Томпсон получила временное разрешение на проживание сроком на три года, что стало важным шагом на пути к их долгосрочным планам. В дальнейшем они намерены оформить вид на жительство, а затем и гражданство, чтобы полностью интегрироваться в новую страну и обеспечить стабильное будущее для своих детей. Пока семья обустраивается на новом месте, Эндрю работает преподавателем английского языка, что помогает им адаптироваться и поддерживать финансовую стабильность. В ближайших планах у них покупка более просторного жилья — либо большого дома, либо квартиры, чтобы комфортно разместиться всем вместе.

«Мы придерживаемся традиционных ценностей в вопросах семьи и детей», — рассказывает Эндрю с улыбкой. — «У нас уже четверо детей за последние четыре года, и, учитывая наши взгляды, их число может значительно увеличиться. Поэтому нам нужен дом побольше, чтобы всем хватило места и у каждого было свое пространство». Его слова отражают не только практическую сторону вопроса, но и глубинные семейные убеждения, которые играют важную роль в их жизни.

Бет, поддерживая разговор, добавляет с серьезностью и благодарностью: «Да, у нас действительно много детей за такой короткий промежуток времени, но я чувствую себя очень благословленной. Каждый раз, когда я рожала, Господь сохранял мое здоровье и обеспечивал нас всем необходимым. Мы верим, что это благородное дело, и доверяем Богу в этом пути». Ее слова подчеркивают глубокую духовную основу их семейных ценностей и уверенность в том, что впереди их ждет светлое и счастливое будущее.

Таким образом, семья Томпсон не только строит планы на материальное благополучие и комфорт, но и основывает свою жизнь на вере и традициях, что помогает им справляться с вызовами и радоваться каждому новому дню. Их пример вдохновляет на сохранение семейных ценностей и веру в лучшее, несмотря на все трудности адаптации в новой стране.

Источник и фото - ria.ru